Просто буквы...

      Привет всем. Вчера вечером Студент полазил по моей просьбе в настройках ЖЖ и научил меня вывешивать пост, который всегда остается самым первым. Придется завтра у Эрни поить его за свой счет.. )))
     На 33-й день существования журнала я решил что наверное можно оставить его в живых и отправить в дальнейшее плавание. Я продолжу и дальше иногда писать в нем слова и буквы, когда мне хочется это делать,  и не стану ничего писать, когда мне это не хочется. Принцип очень простой, правда? )))
   Буду рад тем, кто станет моим френдом, никогда не узнаю о существовании тех, кто пройдет мимо моего журнала, и забуду через 10 минут тех, кто от меня расфрендится. То, что вы видите, это просто буквы, написанные мной и никогда потом не перечитываемые. Не принимайте их, упаси Боже, за что-то другое, чем они не являются. ))) И пусть вам не приходит в голову употреблять по отношению к этим бесхитростным записям такие слова как "рассказы". "творчество" и тому подобные страшные термины.
Я все сказал. :) Еще раз - "Привет вам всем". ))

Король уходит

Смотрел вчера фильм  “Король говорит!”. Хорошее кино. Вот только.. Задело то как в фильме рассказали историю брата короля.
Герцог Йоркский Альберт становится королем вместо своего старшего брата, отрекшегося от престола из-за увлечения американской особой вздорного поведения и вульгарными замашками. (Так по фильму.)
Я хочу показать вам настоящего, не киношного Дэвида – короля Эварда VIII, и настоящую Уоллис Симпсон.
Для тех кто никогда не слышал про них или не смотрел фильм, справка одним абзацем.
Эдвард VIII, на протяжении 10 месяцев – король Великобритании и Ирландии, император Индии. Не был коронован потому что правительство Великобритании и английская церковь не давали согласие на брак с разведенной американкой Уоллис Симпсон. Отрекся от престола, получил титул герцога Виндзорского, и большую часть оставшейся жизни провел губернатором на Багамах, вместе с женой.

Collapse )

На самом деле

 00001    Забавная штука. Люди в отношении к собственному дню рождения разделены на две половинки. Одни радостно ждут его целый год, считают оставшиеся дни и хотят чтобы этот день длился как можно дольше. Другие страшно не любят его,  даже боятся, стараются в разговорах не поминать,  а в последнюю неделю впадают в хандру и относятся к этому дню примерно как к обязательному ритуалу, который хоть и не охота исполнять , а надо.

    Хочу сейчас чистосердечно признаться. Я с удовольствием присоединился бы к любому из двух этих лагерей. Всегда хотелось выработать в себе сакральное отношение к дню рождения, радоваться ему или наоборот расстраиваться с его приходом. Ну вот ни черта не получается. Совсем. Потому что я знаю, что с нами происходит в этот день на самом деле. Абсолютно с каждым из нас.Collapse )

Рисунки сумашедшего, на полях собственных писем

      …Писал ли я уже тебе о шторме, который недавно видел? Море было желтоватым, особенно у берега; над горизонтом висела полоса света, а над нею масса громадных, темных, серых туч, и видно было, как из них полосой низвергается дождь. Ветер сметал в море пыль с белой тропинки в скалах и клонил к земле цветущие кусты боярышника и желтофиолей, которые растут на утесах.
      В ту же ночь я смотрел на крыши домов, которые видны из окна моей комнаты, и на верхушки вязов, темневших в ночном небе. Над крышами - звезда, одна-единственная, но прекрасная, большая, приветливая. И я думал обо всех нас, и о своих уже ушедших годах, и о нашем доме, и во мне родилось чувство, вылившееся в таких словах: "Не дай мне стать сыном, которого стыдятся, и осени меня своим благословением не потому, что я заслужил его, а ради моей матери. Ты есть любовь, преисполни же собою все. Без твоего благословения мы никогда ничего не свершим".
      Прилагаю маленький рисунок с видом из окна школы, через которое мальчики смотрят вслед родителям, когда те, навестив детей, возвращаются на вокзал. Многим этот вид останется памятен навсегда. Если бы ты его видел на этой неделе в дождливую погоду, особенно в сумерки, когда зажигаются фонари и свет их отражается на мокрой мостовой... В такие дни у директора школы частенько бывает плохое настроение, и когда мальчики, по его мнению, слишком шумят, случается, что вечером они не получают ни хлеба, ни чая.
      Ах, если бы ты видел, как они выглядывают из окна! В этом есть нечто прямо-таки тоскливое; еда и питье - вот и вся их радость, вот и все, что помогает им жить изо дня в день.
    Очень хочется мне также, чтобы ты посмотрел, как через узкий коридорчик, по темной лестнице, они поднимаются в столовую. В ней, однако, солнечно и уютно.
      Другое любопытное место - комната с прогнившим полом, где мальчики умываются, там стоят шесть тазов, на которые падает слабый свет, проникающий сквозь разбитые стекла окна. Это тоже довольно грустное зрелище. И тем не менее я охотно проведу здесь зиму, чтобы понять, что такое здешняя жизнь.
     P.S.  Мальчики посадили масляное пятно на твой рисунок, прости их.

Collapse )

Двое в снегах (окончание)

Часть 3. Клод и Мари

В июне, когда открылась навигация, Клод и Мари Тидд на пароходе со смешным названием “Чертополох”. покинули последний осколок цивилизации, полупустой “город-призрак”  Доусон. И после 11 дней изматывающего плавания вверх по одному из притоков Юкон-Ривер, высадились на новом месте своей жизни. Два человека добровольно покинули последний оплот цивилизации, предпочтя общество друг друга всему остальному миру..
Отъезду предшествовали несколько месяцев  тщательной подготовки и составления бесконечных списков. Поскольку в те глухие места совершался всего один рейс в год, то они должны были заранее вычислить все, что может потребоваться им на зиму.
К июню все было готово, (включая коробки с рождественскими подарками друг для друга, которые они старательно будут прятать до самого декабря).
Это был удивительный набор снаряжения. Помимо самой простой необходимой для жизни мебели, в него входили бесчисленные коробки с одеждой, бочки для воды, ванна, гладильная доска, шторы, фитильные лампы, стопки книг, кипы сухого лосося для собак, оружие, боеприпасы, лыжи, коньки, снегоступы, палатки, стеганые спальные мешки, собачьи упряжки, сани, медицинские препараты, пишущая машинка, сетки от комаров, фотоаппарат и штативы, лодка, фортепьяно, саксофон, живая канарейка , и не в последнюю очередь - семь хриплых собак!
Проводы в Доусоне был трогательные. Друзья Клода и Мари не понимали их добровольного затворничества, многие высказывали открытое беспокойство за Мари, ведь она была первой белой женщиной, которую увидят индейцы в тех местах.  Но Тидды оставались в хорошем расположении духа. Яркое солнце на синем июньском небе, плеск Юкон-Ривер и красоты природы по берегам не оставляли места унынию.
Через несколько дней они прибыли в Селкирк, в устье реки Пелли, и дальше неуклюжиий "Чертополох" начал свой путь в двести пятьдесят миль вверх по течению реки.

Collapse )

Двое в снегах (продолжение)

Часть 2. Она 

Она выросла на небольшой ферме в графстве Ланкастер, штат Пенсильвания, в обеспеченной религиозной семье. Ее отец возглавлял тамошнюю реформаторскую церковь меннонитов. Обычная девочка...



  

Collapse )

Двое в снегах. Жизнь, любовь, смерть

    Десятилетия прошли с тех времен, как эти двое ушли из нашего мира, и  тела их давно превратились в прах. Но рассматривая фотографии на которых они запечатлены, вместе или порознь, мне иногда кажется что я понимаю в чем состоит смысл  жизни..
   Хотя, скорее всего, я ошибаюсь.

Часть I. Он

Он родился (страшно сказать!) в 1886 году в английском городе Дерсингеме, графство Норфолк. Мать и отец – учителя, и поэтому было вполне естественно что после окончания школы жизнь его пошла по накатанной учительской стезе. В январе 1908 года он получил диплом учителя. Впереди – размеренная тихая жизнь в викторианской Англии. Но спустя два года , в 1910 году он вдруг прощается с родителями и тремя младшими сестрами, и отправляется в Канаду навстречу новой неизвестной жизни.  От этого первого периода жизни не осталось ни одной его фотографии.
В следующие 4 года он прожил жизнью героев Джека Лондона (ну или если хотите – раннего Максима Горького): батрачил на ферме, работал продавцом в магазине, нанимался в геологоразведочную партию, играл на фортепиано в кинотеатре, и ремонтировал паровозы в депо.
Думаю что однажды он попросту устал от такой жизни. Романтика Нового Света оказалась на деле совсем не такой как он себе представлял. И он задумался о возвращении в Англию.  В далекой Европе уже полыхал пожар мировой войны. Для выполнения своих обязательств как члена Содружества, в Канаде формировали экспедиционный корпус из членов конной полиции. И ему в голову приходит идея вернуться домой через войну – героем, а не неудачником. В 1914 году он вступает в полицию и пишет заявление с просьбой отправить его на войну в Европу.
Не знаю что пошло не так, но задуманный план провалился. В экспедиционный корпус его не включили,  а спустя год отправили на Юкон. Так в 1915 году жизнь привела его в Арктику. После долго пути на север и неспешного плавания вверх по течению Юкона, он прибыл на край света, к месту несения службы, в Доусон.
 

Collapse )

Попутка до Стикса

   Машина промчалась мимо нас не снижая скорости.  Саня глухо бормотал ей вслед ругательства, он только что размахивал руками и кричал “Стой, стой!”, а потом едва увернулся от хромированного бампера. Сил у него уже не оставалось, он подошел и сел рядом со мной прямо на утрамбованный колесами снег обочины.
Я смотрел на розовое пятно, расплывающееся в снегу вокруг нас.  - Это всё только моя кровь?-
- Угу. Я так себя немного осмотрел и пощупал. Вроде все цело, даже удивительно. Только в груди немного жжет, да голова от удара гудит. Это у тебя кровища вон течет, ты крепче держи, – он показал на мой бок. Но смотреть туда мне совсем не хотелось, я просто прижимал кусок ветоши к боку. Я смотрю в ту сторону куда промчалась машина. Отъехав от нас метров на 150, она затормозила и остановилась. В темнеющем вечере она была хорошо видна не фоне белого снега. Сквозь заднее стекло я даже с такого расстояния видел темный силуэт водителя, видел что он обернулся и сейчас разглядывал нас.
- Как думаешь, вернется? – Теперь и Саня не отрываясь смотрел на неподвижную машину на дороге. Я пожал плечами. Было что-то нереальное в в неподвижности машины, в неподвижном обернувшимся на нас человеке за рулем.
- Ну давай же, давай… – Саня сжимает зубы так что белеют скулы.

Collapse )

 

Сельский доктор

a72b85f411eeca2a_landing США, город Креммлинг, штат Колорадо, 115 миль к западу от Денвера. Обычная американская глубинка, тысяча жителей в городке, еще примерно столько же живут на окружающих 400 квадратных милях: на ранчо, в лесных хижинах и в долинах Скалистых гор. Эти две тысячи человек жили, болели, заводили детей, падали с лошадей, неосторожно ранили себя из оружия. На эти случаи в Креммлинге в середине 20 века жил доктор Эрнест Черлиани, "GP", или врач общей практики.  Увидеть его жизнь можно благодаря фотографу по имени Уильям Юджин Смит / W. Eugene Smith .  Летом  1948 года он  жил в этих ковбойских краях и снял серию фотографий о сельском докторе.

Collapse )

 

Эта бандитская жизнь

gangster_1 Мне было 12 лет, и я узнал всё про чоло не понаслышке. Я родился и вырос в Нью-Йорке, и учился в начальной школе, когда мы вдруг оборвали все корни и направилась на Запад начинать новую жизнь. После недолгого пребывания в Анахайме мы наконец обосновались в Аризоне, и мы были полностью на мели. До того как у нас появилось достаточное количество денег, мы (мама, отчим, сестренка, я и наш щенок доберман) многие месяцы жили в палатке в безжизненной пустыне к северу от Феникса.

Когда семья наконец наскребла денег благодаря тому что мама протирала столики в какой-то грязной забегаловке  а мой отчим работал в автомастерской, мы поселились в изношенном, кишащем насекомыми, спальном прицепе в Глендейле, Аризона. Я никогда не забуду этого места до тех пор, как я жив. Парк трейлеров находился  прямо через улицу от глендейлской средней школы. Он стоял на приколе у старого, когда-то величественного особняка, который давно превратился в скопище дешевых квартир, и был теперь окружен унылым сборищем изношенном прицепов и парой побеленных хижин..

Тогда и случился первый день в моей жизни, что я, белый, был в меньшинстве, и выделялся среди остальных учеников. Я был долговязый худышка с огненно-рыжими волосами и пробором посередине. И в довершение всего, я еще и носил очки. Это было еще до тех времен, когда дизайнеры додумались что можно делать обычные вещи для людей. Так что тогда я даже не подозревал что очки могут быть не дурацкие и не круглые.. Я чувствовал, словно у меня на лбу нарисована мишень. Я был свежим мясом в школе детей с железными задницами, и эти дети не походили на тех, которых я когда-либо видел. Ребята все были помятых брюках цвета хаки, белый майках, и парусиновых кедах. Наряд не менялся круглый год, за исключением того что зимой прибавлялась фланелевая рубашка, так же помятая, и застегнутая на все пуговицы до шеи. Они выглядели иностранцами для меня, как и я наверное для них. И музыка в стиле фанк..  Прошло уже много лет, а Рик Джеймс и его "Give It To Me, Baby" все еще звонит в ушах ...

Я быстро понял, что если ты начинаешь убегать, ты будешь потом бежать беспрерывно всю свою жизнь. Лучше стоять и драться. Даже если тебя избили, ты  по крайней мере можешь не отводя глаза смотреть на себя в зеркало. И даже получить за это немного уважения. Довольно скоро я услышал, как они говорили между собой, что я нормальный, что я научился правильно держаться и драться. Черт,  каким бы он ни был ужасным тот учебный год в моей жизни, но я не променял бы те дни, даже если бы мог. Братья чоло научили меня держаться на ногах и не превращаться в дерьмо при любых ситуациях. Я понимаю их мир. Нет, я отнюдь не сторонник нарушения законов. Но я знаю что они живут в том мире, в который однажды пришли и из которого однажды уйдут. И другого мира для них у Бога видимо нет.

Collapse )